123 Вторая Пунийская война (часть 2) История История
 

 
 
   
История/ Древний мир/ Страницы истории/ Рим/ История Древнего Рима/ Вторая Пунийская война (часть 2)/
Древний мир
Страницы истории
Карты
Даты и события
Средние века
Страницы истории
Карты
Даты и события
Новое время
Страницы истории
Карты
Даты и события
Новейшая история
Коммунисты и левое движение: мы за справедливость
Страницы истории
Карты
Даты и события
Общие разделы
День в истории
Загадки истории
История истории
Исторические личности
Историки
Археология
Организации
Занимательные
исторические факты

История религий
Рефераты по истории
Новые статьи :
[1919] - под нажимом С. Петлюры глава украинской Директории В. Винниченко ушел в отставку - ВИННИЧЕНКО Владимир Кириллович (1880-1951), украинский писатель (писал на украинском и русском языках), политический деятель. Председатель Генерального секретариата Центральной Рады (февраль 1917 январь 1918), председатель Украинской директории (ноябрь 1918 февраль 1919). В 1919 эмигрировал, подробнее..

[1919] - в газете "Советская страна" опубликована Декларация имажинистов - нового литературного течения во главе с Есениным, Мариенгофом и др. - ИМАЖИНИСТ, а, м. Последователь имажинизма. | ж. имажинистка, и. | прил. имажинистский, ая, ое подробнее..

Сервис:
Новости
Служба рассылки
Открытки
Исторические личности
Социологические опросы
Лучшие тесты
  1. Какой у тебя характер?
  2. IQ
  3. Психологический возраст
  4. Любит - не любит
  5. Кого назначит вам судьба?
  6. Ждет ли вас успех?
  7. Какому типу мужчин вы нравитесь?
  8. Посмотрите на себя со стороны
  9. Какая работа для вас предпочтительнее?
  10. Есть ли у тебя шестое чувство?
[показать все тесты]


Вторая Пунийская война (часть 2)





Публий Корнелий Сципион Дальнейший ход войны в Италии и Испании

Этими чрезвычайными мерами римское правительство подняло дух народа и на скорую руку заделало страшную брешь, образовавшуюся после Канн в обороне государства. Затем наступили долгие томительные месяцы, когда внутреннее и внешнее положение Рима находилось на острие ножа, когда каждый новый удар мог вывести республику из состояния неустойчивого равновесия и ввергнуть ее в пропасть.

В конце 216 г. в Цизальпинской Галлии были уничтожены 2 легиона во главе с претором, после чего эта область в течение двух лет оставалась обнаженной. В южной Италии римское командование, наученное горьким опытом, вернулось к старой тактике Фабия Максима. Опираясь на оставшиеся в их руках укрепленные пункты, римляне вели себя чрезвычайно осторожно: они избегали крупных столкновений, все внимание сосредоточив на осаде тех городов, которые перешли на сторону карфагенян. А Ганнибалу, благодаря сравнительной немногочисленности его войск и огромному протяжению театра военных действий, было чрезвычайно трудно защищать своих новых союзников. В этой длительной борьбе успехи чередовались с поражениями. Несколько греческих городов в Бруттии вынуждены были подчиниться карфагенянам, зато римляне принудили к сдаче ряд важных пунктов в Апулии, Кампании и Самнии, занятых карфагенскими гарнизонами.

Самой, крупной потерей Рима в италийской кампании 215 - 213 гг. был захват Ганнибалом Тарента. Это произошло благодаря измене. Антиримская партия устроила заговор и ночью впустила в город Ганнибала. Однако неприступный кремль остался в руках римского гарнизона, а все попытки его захватить оказались безрезультатными. Это в значительной мере обесценивало для Ганнибала обладание Тарентом, так как крепость господствовала над городом и входом в гавань. Примеру Тарента последовало еще несколько городов южной Италии.

Однако, несмотря на все успехи Ганнибала, положение его в Италии с каждым годом становилось труднее. Римляне постепенно довели свои вооруженные силы до огромной цифры: к 212 г. общее число легионов, действовавших на всех фронтах, было не меньше 25 (около 250 тыс. человек), из них 10 - в южной Италии. Силы же Ганнибала, если и не уменьшались, то и не увеличивались в такой степени, как это было ему нужно. Основной проблемой для него все больше становилась проблема резервов. Италики и греки, перешедшие на его сторону, крайне неохотно давали ему людей, что мы видели уже на примере Капуи. Оставались Африка и Испания как основные источники пополнения. Но, помимо того, что римский флот господствовал на море и, следовательно, морским путем доставлять пополнения в Италию было очень трудно, возникли некоторые новые обстоятельства, чрезвычайно усложнившие обстановку.

Вскоре после Канн в Карфаген явился Магон с известием о блестящей победе и с просьбой о посылке подкреплений. Когда он рассказал об успехах брата и в доказательство своих слов высыпал перед сенаторами гору золотых колец, снятых с убитых римских всадников, восторг был неописуемый. Карфагенское правительство постановило отправить с Магоном в Италию 12 тыс. пехоты, 1,5 тыс. конницы и 20 слонов. Однако события в Испании заставили изменить этот план.

Мы видели, что Публий Корнелий Сципион, вернувшись летом 218 г. из Массилии обратно в Италию, значительную часть своих сил отправил в Испанию под командой брата Гнея. Высадившись в Эмпории, главном торговом городе северной Испании, принадлежавшем Массилии, Гней начал успешные операции против карфагенских гарнизонов, занимавших Каталонию. Меньше чем в 2 месяца ему удалось очистить от карфагенян всю область к северу от Ибера. Весной следующего, 217 г., на выручку явился Гасдрубал с сухопутными и морскими силами. У устья Ибера римский флот, усиленный массилийцами, нанес поражение карфагенскому, из-за чего Гасдрубал был вынужден отступить и на суше.

Римский сенат, несмотря на тяжелое положение Италии в этот момент, все-таки нашел возможность послать в Испанию Публия Сципиона с подкреплениями. Оба брата перешли Ибер и проникли на юг вплоть до Сагунта. Результатом было восстание племени турдетанов против карфагенского господства. В Карфагене встревожились и в 215 г. послали Гасдрубалу подкрепления. Сципионы осадили г. Дертозу на нижнем течении Ибера. Туда явился Гасдрубал с армией в 25 тыс. человек. У римлян было приблизительно столько же. Под стенами Дертозы произошла кровопролитная битва, в которой римляне одержали полную победу: Гасдрубалу едва удалось бежать с маленькой кучкой уцелевших.

Последствия победы Сципионов были огромны. Теперь не только нельзя было думать о посылке из Испании помощи Ганнибалу, но вообще испанские владения Карфагена были под угрозой. Испанские племена быстро начали менять свою ориентацию. Известия об успехах Сципионов подняли настроение в Италии. Наконец, как было сказано, реальная угроза потери Испании заставила карфагенское правительство изменить первоначальный план и послать Магона с крупными подкреплениями не в Италию, а в Испанию.

Однако развернуть новые крупные операции в Испании карфагенянам удалось не сразу. Этому помешали события в сеерной Африке. Сифакс, царек западной Нумидии, не без влияния Сципионов разорвал свои вассальные отношения с Карфагеном. На подавление этого мятежа пришлось вызвать из Испании Гасдрубала. Три года (214 - 212 гг.) длилась война в Африке, пока, наконец, Сифакс не был приведен к покорности.

За время отсутствия Гасдрубала братья Сципионы добились новых крупных успехов: у карфагенян был отнят Сагунт и много других городов. Но когда в конце 212 г. явился Гасдрубал, положение резко изменилось. Карфагеняне сосредоточили в Испании три армии; у римлян их было две, причем они действовали самостоятельно и были широко пополнены испанцами. Оба эти обстоятельства сыграли роковую роль в решительном столкновении 211 г. Туземные контингента, подкупленные карфагенянами, массой дезертировали из римских войск, которые благодаря этому оказались значительно ослабленными. Обе римские армии были разъединены маневрами Гасдрубала и Магона и разбиты поочередно: сначала армия Публия, а затем - Гнея. Оба брата при этом погибли. Остатки римских войск отступили за Ибер и с трудом удерживали Каталонию. Испания снова становилась страшной угрозой для Италии.

Сицилия

Пока был жив Гиерон II, Сиракузы оставались верным союзником Рима. Даже Канны не поколебали стойкости престарелого и умного царя. Но летом 215 г. Гиерон умер, оставив трон своему внуку, 15-летнему Гиерониму, упрямому и легкомысленному юноше. При нем был регентский совет, в котором сейчас же началась борьба римской и карфагенской партий. Победила последняя, и с Ганнибалом были завязаны переговоры. Он послал в Сиракузы своих агентов, которые подготовили союз с Карфагеном на чрезвычайно благоприятных для Гиеронима условиях: за помощь Ганнибалу в италийской войне он получал всю Сицилию. Для карфагенян в этот момент было чрезвычайно важно отпадение Сиракуз от Рима, и поэтому они могли обещать все, что угодно. Когда к Гиерониму явились послы от римского претора напомнить о старом договоре, они были приняты очень грубо. Новые попытки дипломатических переговоров не дали никаких результатов. Союз с Сиракузами был утвержден карфагенским сенатом. Сиракузяне начали военные действия против римских гарнизонов в Сицилии.

В это время (летом 214 г.) Гиероним был убит заговорщиками. Это на короткое время изменило ситуацию в пользу Рима, так как во главе Сиракуз встала дружественная ему аристократическая партия. Но римляне не сумели этим воспользоваться. В сиракузских войсках взяла верх карфагенская партия. Два агента Ганнибала были избраны командующими. Власть римской партии была свергнута, ее вожди убиты. Начались открытые военные действия против Рима.

Римской сухопутной армией в Сицилии командовал консул 214 г. Марк Клавдий Марцелл, выдвинувшийся в войне с Ганнибалом, флотом - претор Аппий Клавдий. В 213 г. они начали атаку Сиракуз с суши и с моря. Операция оказалась очень трудной. Город был прекрасно укреплен и обладал большими запасами продовольствия. Вдобавок к этому великий Архимед, гениальный математик и инженер, живший в Сиракузах, изготовил военные машины необычайной силы. С помощью их сиракузяне отбили все атаки римлян.

"Архимед, - пишет Полибий, - соорудил машины, приспособленные к метанию снарядов на любое расстояние. Так, если неприятель подплывал издали, Архимед поражал его из дальнобойных камнеметательниц тяжелыми снарядами или стрелами и повергал в трудное положение. Если же снаряды начинали лететь поверх неприятеля, Архимед употреблял в дело меньшие машины, каждый раз сообразуясь с расстоянием, и наводил на римлян такой ужас, что они никак не решались идти на приступ или приблизиться к городу на судах... Кроме того, с машины спускалась прикрепленная к цепи железная лапа; управлявший жерлом машины захватывал этой лапой нос корабля в каком-нибудь месте и потом внутри стены опускал нижний конец машины. Когда нос судна был таким образом поднят и судно поставлено отвесно на корму, основание машины утверждалось неподвижно, а лапа и цепь при помощи веревки отделялись от машины. Вследствие этого некоторые суда ложились на бок, другие совсем опрокидывались, третьи... погружались в море, наполнялись водой и приходили в расстройство" (VIII, 7 - 8).

Пришлось отказаться от намерения взять город штурмом и перейти к длительной осаде. Одна часть римской армии расположилась укрепленным лагерем с юго-востока, другая - с северо-запада. Карфагеняне высадили крупные силы (25 тыс. пехоты, 3 тыс. конницы и 12 слонов) на юго-западном побережье Сицилии. Марцелл, занятый осадой и подавлением антиримского движения в других городах, не смог помешать падению Агригента. Хотя он и получил из Рима подкрепления в размере 1 легиона (с прежними это составило 4 легиона, да и то неполных), однако римские силы все же были далеко не достаточны. Карфагенская армия подошла к Сиракузам с юго-запада и стала лагерем в некотором отдалении от южной римской армии. Но и карфагеняне не были настолько сильны, чтобы атаковать укрепленные римские позиции и помешать осаде.

Ранней весной 212 г. Марцеллу удалось завладеть Эпиполами, западной частью Сиракуз, воспользовавшись для этого праздником Артемиды, когда гарнизон был пьян. Ночью римский отряд с помощью штурмовых лестниц перебрался через низкое место северной стены и открыл ворота, через которые в Эпиполы вошла вся северная римская армия.

Но в руках сиракузского гарнизона оставались другие части города, имевшие особые укрепления. Карфагенская эскадра, пользуясь сильным ветром, прорвалась в гавань и помогала осажденным, а их сухопутные войска висели постоянной угрозой над римлянами. К счастью для последних летом 212 г. в карфагенском лагере вспыхнула эпидемия, вызванная убийственным климатом болотистых окрестностей Сиракуз. Хотя болезнь проникла и к римлянам, но у тех жертв было меньше. Что же касается карфагенян, то у них погибла почти вся армия вместе с полководцами.

Настала весна 211 г. Карфагеняне сделали еще одну попытку помочь Сиракузам с моря. Большой военный флот вместе с транспортными судами, нагруженными продовольствием, направился к осажденному городу. Но его командир испугался вышедшего ему навстречу римского флота и отступил. Тем самым судьба Сиракуз была решена. Римская партия начала с Марцеллом переговоры о сдаче. Это вызвало раскол между гарнизоном, не желавшим сдаваться (среди него было много римских перебежчиков), и гражданами. Во время беспорядков, вспыхнувших в городе, удалось убедить одного командира наемников открыть ворота на острове Ортигии, после чего сдалась и Ахрадина (старый город).

Марцелл поступил с Сиракузами, как с завоеванным городом, т. е. отдал его на разграбление. Во время грабежей погиб и Архимед, убитый каким-то римским солдатом. В, руки римлян попала огромная добыча, которая пополнила истощенную государственную казну. Множество предметов искусства и роскоши было уничтожено грубыми римскими солдатами, но немало их было увезено в Рим.

После падения Сиракуз задача покорения остальной Сицилии не представляла большого труда. В 210 г. из-за измены пал Агригент, после чего остатки карфагенян очистили остров.

В ходе войны восстановление римского господства в Сицилии имело очень большое значение. В план Ганнибала как одна из его составных частей входило создание вокруг Рима враждебного кольца внеиталийских государств. Сицилия, казалось, была в этом кольце самым крепким звеном. И вот оно лопнуло, не продержавшись и 5 лет!

Положение в Италии

Падение Капуи, происшедшее в том же году, что и взятие Сиракуз, произвело огромное впечатление в Италии и содействовало там значительному отрезвлению умов: союзники Ганнибала начали колебаться и подумывать об обратном переходе на сторону Рима. Это облегчило римлянам подчинение ряда городов в южной Италии.

Самым крупным достижением была сдача Тарента. Фабий Максим, консул 209 г., с двумя легионами, присланными из Сиракуз, обложил город с суши. Одновременно римский флот запер гавань. Ганнибал не мог своевременно помочь Таренту, так как был отвлечен операциями в Бруттий, а когда пошел на выручку, город уже был сдан римлянам. Фабий отдал Тарент на разграбление воинам, а 30 тыс. жителей продал в рабство. Оставшееся население, как и в Капуе, было лишено самоуправления.

Наряду с этими крупными успехами римляне испытали и ряд серьезных неудач. Среди них на первом месте нужно поставить гибель Клавдия Марцелла, одного из самых способных римских полководцев: в 208 г. он пал в Апулии в стычке с карфагенянами. Ганнибал приказал похоронить его с отданием всех воинских почестей. Еще до этого, в 210 г., проконсул Гай Фульвий потерпел крупное поражение в той же Апулии и сам был убит.

Но еще серьезнее были симптомы крайнего истощения сил и недовольства войной, которые стали проявляться даже в тех городах Италии, которые до сих пор были самой надежной опорой Рима. Осенью 210 г., когда производился новый набор, 12 латинских колоний из 30 отказались дать новые контингенты. Италия была так разорена, а подвоз продовольствия извне так затруднен из за воепгых действий, что к 210 г. цены на хлеб в Риме выросла в несколько раз. В этой связи римский сенат был вынужден отправить посольство в Египет к Птолемею IV Филопатору с просьбой прислать в Рим продовольствие.

Сципион Младший в Испании

Однако самым трудным было положение на испанском фронте. После гибели Сципионов в 211 г. римляне едва держались к северу от Ибера. В Испании нужно было принимать экстренные меры, если Рим не хотел испытать нового вторжения в Италию. Осенью 211 г. сенат послал в Испанию претора Гая Клавдия Нерона, командовавшего перед этим во время осады Капуи. Ему дали 2 легиона. Но этой меры показалось недостаточно: испанский фронт приобретал первостепенное значение, и было. решено направить туда человека, которого общественное мнение считало единственной надеждой Рима. Это был молодой Сципион.

Публию Корнелию Сципиону шел тогда 25-й год. Он приобрел широкую популярность еще в 218 г., когда 17-летним юношей спас своего отца при Тицине. Эгу популярность он увеличил благодаря качествам своего характера. Необычайно приветливый в обращении, он привлекал к себе все сердца. В нем еще сохранялась староримская религиозность с налетом некоторого мистицизма: он верил в сновидения и пророчества, много. времени проводил в храмах и был глубоко убежден в своем избранничестве. Его считали любимцем богов, которому все удается. Вместе с тем Сципион был блестяще одаренным и широко образованным человеком. Его глубокая вера в себя и в свою судьбу не мешала ему быть расчетливым и осторожным полководцем, который тщательно обдумывал все своп планы и взвешивал каждый свой шаг.

Вот почему, когда слишком осторожная тактика Нерона, выросшего в школе "Кунктатора", была признана недостаточной, общественное мнение стало единодушно требовать посылки в Испанию Сципиона Сенат оказался настолько разумным, что, не считаясь с отсутствием у Сципиона служебного стажа (он до сих пор занимал только должность курульного эдила в 213 г.), поддержал его назначение главнокомандующим в Испанию в звании проконсула. В дополнение к тем 2 легионам". которые уже были в Испании, ему дали еще 2 легиона.

В конце 210 г. Сципион прибыл в Испанию и сразу же оправдал надежды, которые на него возлагались. Одно его появление подняло дух римских войск В Испании продолжали действовать 3 карфагенские армии: Гасдрубала, Магона и другого Гасдрубала (сына Гисгона). В момент приезда Сципиона они были разбросаны в разных частях полуострова. Сципион решил этим воспользоваться для того, чтобы одним смелым ударом захватить Новый Карфаген.

Трудная операция была тщательно подготовлена и блестяще выполнена. Город лежал в заливе на высоком полуострове, соединенном с материком только узким перешейком. Ранней весной 209 г. Сципион неожиданно явился туда с армией и флотом, которым командовал его друг Гай Лелий. Флот закрыл вход. в бухту, а сухопутные войска расположились лагерем на перешейке. Сципион на сходке объявил солдатам, что сам Нептун явился ему во сне и поведал, как взять город.

Начался штурм городских стен с перешейка. В то время как все внимание осажденных было направлено сюда, Сципион послал 500 человек с лестницами со стороны моря, где мелкая лагуна облегчала доступ к стенам. Особенно легко было подойти к ним во второй половине дня, когда ветер с суши угонял воду. Римляне незамеченными взошли на стену и ворвались в город.

Взятие Нового Карфагена произвело ошеломляющее впечатление в Испании и вызвало взрыв энтузиазма в Риме. В руки Сципиона попали большие склады продовольствия и военного снаряжения, а также несколько сот заложников от испанских племен. Сципион обошелся с ними чрезвычайно приветливо, обещав отпустить их по домам, если их соплеменники согласятся перейти на сторону Рима. Этой политикой он создал среди неустойчивых испанцев резкий перелом настроения в пользу римлян. Да и сам факт овладения столицей Баркидов говорил о том, что соотношение сил в Испании начало меняться. Несколько могущественных племен перешло на сторону Сципиона.

Весной 208 г. он двинулся в бассейн р. Бетиса, где находился Гасдрубал. Было важно не дать соединиться карфагенским армиям, поэтому Сципион напал на Гасдрубала около г. Бекулы, несмотря на то, что тот занимал прекрасную позицию. Римские войска превосходили карфагенские своей численностью. Сципион, приковав внимание Гасдрубала нападением с фронта, атаковал его с флангов. Когда Гасдрубал увидел, что его войска дрогнули, он уклонился от боя, собрал все наиболее ценное, взял слонов и начал быстро отступать на север. Сципион не рискнул его преследовать, боясь соединения карфагенских армий.

Поход Гасдрубала в Италию. Битва на Метавре

Гасдрубал форсированным маршем пересек полуостров, по дороге получив подкрепления от своих коллег. Пиренеи он перешел около побережья Бискайского залива, где горные проходы не охранялись римлянами. Начался второй италийский поход карфагенян. Сципиону, таким образом, не удалось решить своей основной задачи: задержать карфагенян в Испании. Над Италией вторично нависла страшная угроза.

В Риме известие о переходе Пиренеев Гасдрубалом было получено осенью 208 г. и вызвало сильнейшую тревогу. Консулами на 207 г. были выбраны испытанные полководцы Клавдий Нерон и Марк Ливий Салинатор. Последний был известен как способный командир еще со времен второй иллирийской войны. Общее количество легионов было доведено до 2,3, из них 15 - только в Италии (7 - в южной и 8 - в северной).

Когда Гасдрубал покидал Испанию, у него было около 20 тыс. человек. Перезимовав в южной Галлии, он ранней весной 207 г. перешел через Альпы, вероятно, в том же месте, что и Ганнибал. Галлы долины По дали ему подкрепления, благодаря которым его армия выросла до 30 тыс. Конечно, это было слишком мало по сравнению с большими силами, собранными римлянами в северной Италии. Но Гасдрубал и не собирался там воевать: его план состоял в том, чтобы прорваться на юг и соединиться с братом.

Ганнибал из своей зимней стоянки в Бруттии весной 207 г. перешел в центральную Апулию, где и стал ждать известий от Гасдрубала. Последний из долины По передвинулся на "Галльское поле", где его сторожили войска консула Марка Ливия. Клавдий Нерон стоял в Апулии против Ганнибала. Гасдрубал послал шестерых гонцов к брату с известием о своем прибытии. Он писал, что предполагает встретиться с ним в Умбрии. Послы Гасдрубала попали в руки римлян, и его письма были доставлены Нерону. Консул принял смелое решение. Ночью в полной тайне он покинул лагерь с отборной частью армии, поручив одному из своих помощников (легатов) оставаться в лагере и сторожить Ганнибала с другой частью войска. Сам же с величайшей быстротой пошел на север и соединился с Ливием. Теперь объединенные римские войска достигли 40 тыс. человек.

Когда Гасдрубал узнал, что против него стоят превосходящие вражеские силы, он попытался уклониться от сражения и прорваться в Умбрию. Но это не удалось: на р. Метавре он был настигнут римлянами и вынужден; был принять бой в неравных условиях. Карфагеняне были разбиты. Когда исход сражения стал ясен Гасдрубалу, он бросился в гущу врагов и погиб смертью героя. Римляне отрезали его голову, и когда Нерон вернулся в свой лагерь в Апулии, он приказал бросить ее на передовые посты карфагенян. Так благородно отплатили римляне Ганнибалу за воинские почести, оказанные им погибшему Марцеллу.

Битва на Метавре фактически решила судьбу италийской кампании, и недаром известие о ней вызвало безумный восторг в Риме. Ганнибал прекрасно понимал, что значит для него гибель Гасдрубала: теперь всякая надежда получить серьезную помощь из Испании была потеряна. Ганнибал отступил в Бруттии где и был зажат в кольце римских легионов, все более и более теряя свободу широкого маневрирования.

Окончание войны в Испании и подготовка к африканскому походу

Дальнейший ход войны в Италии и Испании

Этими чрезвычайными мерами римское правительство подняло дух народа и на скорую руку заделало страшную брешь, образовавшуюся после Канн в обороне государства. Затем наступили долгие томительные месяцы, когда внутреннее и внешнее положение Рима находилось на острие ножа, когда каждый новый удар мог вывести республику из состояния неустойчивого равновесия и ввергнуть ее в пропасть.

В конце 216 г. в Цизальпинской Галлии были уничтожены 2 легиона во главе с претором, после чего эта область в течение двух лет оставалась обнаженной. В южной Италии римское командование, наученное горьким опытом, вернулось к старой тактике Фабия Максима. Опираясь на оставшиеся в их руках укрепленные пункты, римляне вели себя чрезвычайно осторожно: они избегали крупных столкновений, все внимание сосредоточив на осаде тех городов, которые перешли на сторону карфагенян. А Ганнибалу, благодаря сравнительной немногочисленности его войск и огромному протяжению театра военных действий, было чрезвычайно трудно защищать своих новых союзников. В этой длительной борьбе успехи чередовались с поражениями. Несколько греческих городов в Бруттии вынуждены были подчиниться карфагенянам, зато римляне принудили к сдаче ряд важных пунктов в Апулии, Кампании и Самнии, занятых карфагенскими гарнизонами.

Самой, крупной потерей Рима в италийской кампании 215 - 213 гг. был захват Ганнибалом Тарента. Это произошло благодаря измене. Антиримская партия устроила заговор и ночью впустила в город Ганнибала. Однако неприступный кремль остался в руках римского гарнизона, а все попытки его захватить оказались безрезультатными. Это в значительной мере обесценивало для Ганнибала обладание Тарентом, так как крепость господствовала над городом и входом в гавань. Примеру Тарента последовало еще несколько городов южной Италии.

Однако, несмотря на все успехи Ганнибала, положение его в Италии с каждым годом становилось труднее. Римляне постепенно довели свои вооруженные силы до огромной цифры: к 212 г. общее число легионов, действовавших на всех фронтах, было не меньше 25 (около 250 тыс. человек), из них 10 - в южной Италии. Силы же Ганнибала, если и не уменьшались, то и не увеличивались в такой степени, как это было ему нужно. Основной проблемой для него все больше становилась проблема резервов. Италики и греки, перешедшие на его сторону, крайне неохотно давали ему людей, что мы видели уже на примере Капуи. Оставались Африка и Испания как основные источники пополнения. Но, помимо того, что римский флот господствовал на море и, следовательно, морским путем доставлять пополнения в Италию было очень трудно, возникли некоторые новые обстоятельства, чрезвычайно усложнившие обстановку.

Вскоре после Канн в Карфаген явился Магон с известием о блестящей победе и с просьбой о посылке подкреплений. Когда он рассказал об успехах брата и в доказательство своих слов высыпал перед сенаторами гору золотых колец, снятых с убитых римских всадников, восторг был неописуемый. Карфагенское правительство постановило отправить с Магоном в Италию 12 тыс. пехоты, 1,5 тыс. конницы и 20 слонов. Однако события в Испании заставили изменить этот план.

Мы видели, что Публий Корнелий Сципион, вернувшись летом 218 г. из Массилии обратно в Италию, значительную часть своих сил отправил в Испанию под командой брата Гнея. Высадившись в Эмпории, главном торговом городе северной Испании, принадлежавшем Массилии, Гней начал успешные операции против карфагенских гарнизонов, занимавших Каталонию. Меньше чем в 2 месяца ему удалось очистить от карфагенян всю область к северу от Ибера. Весной следующего, 217 г., на выручку явился Гасдрубал с сухопутными и морскими силами. У устья Ибера римский флот, усиленный массилийцами, нанес поражение карфагенскому, из-за чего Гасдрубал был вынужден отступить и на суше.

Римский сенат, несмотря на тяжелое положение Италии в этот момент, все-таки нашел возможность послать в Испанию Публия Сципиона с подкреплениями. Оба брата перешли Ибер и проникли на юг вплоть до Сагунта. Результатом было восстание племени турдетанов против карфагенского господства. В Карфагене встревожились и в 215 г. послали Гасдрубалу подкрепления. Сципионы осадили г. Дертозу на нижнем течении Ибера. Туда явился Гасдрубал с армией в 25 тыс. человек. У римлян было приблизительно столько же. Под стенами Дертозы произошла кровопролитная битва, в которой римляне одержали полную победу: Гасдрубалу едва удалось бежать с маленькой кучкой уцелевших.

Последствия победы Сципионов были огромны. Теперь не только нельзя было думать о посылке из Испании помощи Ганнибалу, но вообще испанские владения Карфагена были под угрозой. Испанские племена быстро начали менять свою ориентацию. Известия об успехах Сципионов подняли настроение в Италии. Наконец, как было сказано, реальная угроза потери Испании заставила карфагенское правительство изменить первоначальный план и послать Магона с крупными подкреплениями не в Италию, а в Испанию.

Однако развернуть новые крупные операции в Испании карфагенянам удалось не сразу. Этому помешали события в сеерной Африке. Сифакс, царек западной Нумидии, не без влияния Сципионов разорвал свои вассальные отношения с Карфагеном. На подавление этого мятежа пришлось вызвать из Испании Гасдрубала. Три года (214 - 212 гг.) длилась война в Африке, пока, наконец, Сифакс не был приведен к покорности.

За время отсутствия Гасдрубала братья Сципионы добились новых крупных успехов: у карфагенян был отнят Сагунт и много других городов. Но когда в конце 212 г. явился Гасдрубал, положение резко изменилось. Карфагеняне сосредоточили в Испании три армии; у римлян их было две, причем они действовали самостоятельно и были широко пополнены испанцами. Оба эти обстоятельства сыграли роковую роль в решительном столкновении 211 г. Туземные контингента, подкупленные карфагенянами, массой дезертировали из римских войск, которые благодаря этому оказались значительно ослабленными. Обе римские армии были разъединены маневрами Гасдрубала и Магона и разбиты поочередно: сначала армия Публия, а затем - Гнея. Оба брата при этом погибли. Остатки римских войск отступили за Ибер и с трудом удерживали Каталонию. Испания снова становилась страшной угрозой для Италии.

Сицилия

Пока был жив Гиерон II, Сиракузы оставались верным союзником Рима. Даже Канны не поколебали стойкости престарелого и умного царя. Но летом 215 г. Гиерон умер, оставив трон своему внуку, 15-летнему Гиерониму, упрямому и легкомысленному юноше. При нем был регентский совет, в котором сейчас же началась борьба римской и карфагенской партий. Победила последняя, и с Ганнибалом были завязаны переговоры. Он послал в Сиракузы своих агентов, которые подготовили союз с Карфагеном на чрезвычайно благоприятных для Гиеронима условиях: за помощь Ганнибалу в италийской войне он получал всю Сицилию. Для карфагенян в этот момент было чрезвычайно важно отпадение Сиракуз от Рима, и поэтому они могли обещать все, что угодно. Когда к Гиерониму явились послы от римского претора напомнить о старом договоре, они были приняты очень грубо. Новые попытки дипломатических переговоров не дали никаких результатов. Союз с Сиракузами был утвержден карфагенским сенатом. Сиракузяне начали военные действия против римских гарнизонов в Сицилии.

В это время (летом 214 г.) Гиероним был убит заговорщиками. Это на короткое время изменило ситуацию в пользу Рима, так как во главе Сиракуз встала дружественная ему аристократическая партия. Но римляне не сумели этим воспользоваться. В сиракузских войсках взяла верх карфагенская партия. Два агента Ганнибала были избраны командующими. Власть римской партии была свергнута, ее вожди убиты. Начались открытые военные действия против Рима.

Римской сухопутной армией в Сицилии командовал консул 214 г. Марк Клавдий Марцелл, выдвинувшийся в войне с Ганнибалом, флотом - претор Аппий Клавдий. В 213 г. они начали атаку Сиракуз с суши и с моря. Операция оказалась очень трудной. Город был прекрасно укреплен и обладал большими запасами продовольствия. Вдобавок к этому великий Архимед, гениальный математик и инженер, живший в Сиракузах, изготовил военные машины необычайной силы. С помощью их сиракузяне отбили все атаки римлян.

"Архимед, - пишет Полибий, - соорудил машины, приспособленные к метанию снарядов на любое расстояние. Так, если неприятель подплывал издали, Архимед поражал его из дальнобойных камнеметательниц тяжелыми снарядами или стрелами и повергал в трудное положение. Если же снаряды начинали лететь поверх неприятеля, Архимед употреблял в дело меньшие машины, каждый раз сообразуясь с расстоянием, и наводил на римлян такой ужас, что они никак не решались идти на приступ или приблизиться к городу на судах... Кроме того, с машины спускалась прикрепленная к цепи железная лапа; управлявший жерлом машины захватывал этой лапой нос корабля в каком-нибудь месте и потом внутри стены опускал нижний конец машины. Когда нос судна был таким образом поднят и судно поставлено отвесно на корму, основание машины утверждалось неподвижно, а лапа и цепь при помощи веревки отделялись от машины. Вследствие этого некоторые суда ложились на бок, другие совсем опрокидывались, третьи... погружались в море, наполнялись водой и приходили в расстройство" (VIII, 7 - 8).

Пришлось отказаться от намерения взять город штурмом и перейти к длительной осаде. Одна часть римской армии расположилась укрепленным лагерем с юго-востока, другая - с северо-запада. Карфагеняне высадили крупные силы (25 тыс. пехоты, 3 тыс. конницы и 12 слонов) на юго-западном побережье Сицилии. Марцелл, занятый осадой и подавлением антиримского движения в других городах, не смог помешать падению Агригента. Хотя он и получил из Рима подкрепления в размере 1 легиона (с прежними это составило 4 легиона, да и то неполных), однако римские силы все же были далеко не достаточны. Карфагенская армия подошла к Сиракузам с юго-запада и стала лагерем в некотором отдалении от южной римской армии. Но и карфагеняне не были настолько сильны, чтобы атаковать укрепленные римские позиции и помешать осаде.

Ранней весной 212 г. Марцеллу удалось завладеть Эпиполами, западной частью Сиракуз, воспользовавшись для этого праздником Артемиды, когда гарнизон был пьян. Ночью римский отряд с помощью штурмовых лестниц перебрался через низкое место северной стены и открыл ворота, через которые в Эпиполы вошла вся северная римская армия.

Но в руках сиракузского гарнизона оставались другие части города, имевшие особые укрепления. Карфагенская эскадра, пользуясь сильным ветром, прорвалась в гавань и помогала осажденным, а их сухопутные войска висели постоянной угрозой над римлянами. К счастью для последних летом 212 г. в карфагенском лагере вспыхнула эпидемия, вызванная убийственным климатом болотистых окрестностей Сиракуз. Хотя болезнь проникла и к римлянам, но у тех жертв было меньше. Что же касается карфагенян, то у них погибла почти вся армия вместе с полководцами.

Настала весна 211 г. Карфагеняне сделали еще одну попытку помочь Сиракузам с моря. Большой военный флот вместе с транспортными судами, нагруженными продовольствием, направился к осажденному городу. Но его командир испугался вышедшего ему навстречу римского флота и отступил. Тем самым судьба Сиракуз была решена. Римская партия начала с Марцеллом переговоры о сдаче. Это вызвало раскол между гарнизоном, не желавшим сдаваться (среди него было много римских перебежчиков), и гражданами. Во время беспорядков, вспыхнувших в городе, удалось убедить одного командира наемников открыть ворота на острове Ортигии, после чего сдалась и Ахрадина (старый город).

Марцелл поступил с Сиракузами, как с завоеванным городом, т. е. отдал его на разграбление. Во время грабежей погиб и Архимед, убитый каким-то римским солдатом. В, руки римлян попала огромная добыча, которая пополнила истощенную государственную казну. Множество предметов искусства и роскоши было уничтожено грубыми римскими солдатами, но немало их было увезено в Рим.

После падения Сиракуз задача покорения остальной Сицилии не представляла большого труда. В 210 г. из-за измены пал Агригент, после чего остатки карфагенян очистили остров.

В ходе войны восстановление римского господства в Сицилии имело очень большое значение. В план Ганнибала как одна из его составных частей входило создание вокруг Рима враждебного кольца внеиталийских государств. Сицилия, казалось, была в этом кольце самым крепким звеном. И вот оно лопнуло, не продержавшись и 5 лет!

Положение в Италии

Падение Капуи, происшедшее в том же году, что и взятие Сиракуз, произвело огромное впечатление в Италии и содействовало там значительному отрезвлению умов: союзники Ганнибала начали колебаться и подумывать об обратном переходе на сторону Рима. Это облегчило римлянам подчинение ряда городов в южной Италии.

Самым крупным достижением была сдача Тарента. Фабий Максим, консул 209 г., с двумя легионами, присланными из Сиракуз, обложил город с суши. Одновременно римский флот запер гавань. Ганнибал не мог своевременно помочь Таренту, так как был отвлечен операциями в Бруттий, а когда пошел на выручку, город уже был сдан римлянам. Фабий отдал Тарент на разграбление воинам, а 30 тыс. жителей продал в рабство. Оставшееся население, как и в Капуе, было лишено самоуправления.

Наряду с этими крупными успехами римляне испытали и ряд серьезных неудач. Среди них на первом месте нужно поставить гибель Клавдия Марцелла, одного из самых способных римских полководцев: в 208 г. он пал в Апулии в стычке с карфагенянами. Ганнибал приказал похоронить его с отданием всех воинских почестей. Еще до этого, в 210 г., проконсул Гай Фульвий потерпел крупное поражение в той же Апулии и сам был убит.

Но еще серьезнее были симптомы крайнего истощения сил и недовольства войной, которые стали проявляться даже в тех городах Италии, которые до сих пор были самой надежной опорой Рима. Осенью 210 г., когда производился новый набор, 12 латинских колоний из 30 отказались дать новые контингенты. Италия была так разорена, а подвоз продовольствия извне так затруднен из за воепгых действий, что к 210 г. цены на хлеб в Риме выросла в несколько раз. В этой связи римский сенат был вынужден отправить посольство в Египет к Птолемею IV Филопатору с просьбой прислать в Рим продовольствие.

Сципион Младший в Испании

Однако самым трудным было положение на испанском фронте. После гибели Сципионов в 211 г. римляне едва держались к северу от Ибера. В Испании нужно было принимать экстренные меры, если Рим не хотел испытать нового вторжения в Италию. Осенью 211 г. сенат послал в Испанию претора Гая Клавдия Нерона, командовавшего перед этим во время осады Капуи. Ему дали 2 легиона. Но этой меры показалось недостаточно: испанский фронт приобретал первостепенное значение, и было. решено направить туда человека, которого общественное мнение считало единственной надеждой Рима. Это был молодой Сципион.

Публию Корнелию Сципиону шел тогда 25-й год. Он приобрел широкую популярность еще в 218 г., когда 17-летним юношей спас своего отца при Тицине. Эгу популярность он увеличил благодаря качествам своего характера. Необычайно приветливый в обращении, он привлекал к себе все сердца. В нем еще сохранялась староримская религиозность с налетом некоторого мистицизма: он верил в сновидения и пророчества, много. времени проводил в храмах и был глубоко убежден в своем избранничестве. Его считали любимцем богов, которому все удается. Вместе с тем Сципион был блестяще одаренным и широко образованным человеком. Его глубокая вера в себя и в свою судьбу не мешала ему быть расчетливым и осторожным полководцем, который тщательно обдумывал все своп планы и взвешивал каждый свой шаг.

Вот почему, когда слишком осторожная тактика Нерона, выросшего в школе "Кунктатора", была признана недостаточной, общественное мнение стало единодушно требовать посылки в Испанию Сципиона Сенат оказался настолько разумным, что, не считаясь с отсутствием у Сципиона служебного стажа (он до сих пор занимал только должность курульного эдила в 213 г.), поддержал его назначение главнокомандующим в Испанию в звании проконсула. В дополнение к тем 2 легионам". которые уже были в Испании, ему дали еще 2 легиона.

В конце 210 г. Сципион прибыл в Испанию и сразу же оправдал надежды, которые на него возлагались. Одно его появление подняло дух римских войск В Испании продолжали действовать 3 карфагенские армии: Гасдрубала, Магона и другого Гасдрубала (сына Гисгона). В момент приезда Сципиона они были разбросаны в разных частях полуострова. Сципион решил этим воспользоваться для того, чтобы одним смелым ударом захватить Новый Карфаген.

Трудная операция была тщательно подготовлена и блестяще выполнена. Город лежал в заливе на высоком полуострове, соединенном с материком только узким перешейком. Ранней весной 209 г. Сципион неожиданно явился туда с армией и флотом, которым командовал его друг Гай Лелий. Флот закрыл вход. в бухту, а сухопутные войска расположились лагерем на перешейке. Сципион на сходке объявил солдатам, что сам Нептун явился ему во сне и поведал, как взять город.

Начался штурм городских стен с перешейка. В то время как все внимание осажденных было направлено сюда, Сципион послал 500 человек с лестницами со стороны моря, где мелкая лагуна облегчала доступ к стенам. Особенно легко было подойти к ним во второй половине дня, когда ветер с суши угонял воду. Римляне незамеченными взошли на стену и ворвались в город.

Взятие Нового Карфагена произвело ошеломляющее впечатление в Испании и вызвало взрыв энтузиазма в Риме. В руки Сципиона попали большие склады продовольствия и военного снаряжения, а также несколько сот заложников от испанских племен. Сципион обошелся с ними чрезвычайно приветливо, обещав отпустить их по домам, если их соплеменники согласятся перейти на сторону Рима. Этой политикой он создал среди неустойчивых испанцев резкий перелом настроения в пользу римлян. Да и сам факт овладения столицей Баркидов говорил о том, что соотношение сил в Испании начало меняться. Несколько могущественных племен перешло на сторону Сципиона.

Весной 208 г. он двинулся в бассейн р. Бетиса, где находился Гасдрубал. Было важно не дать соединиться карфагенским армиям, поэтому Сципион напал на Гасдрубала около г. Бекулы, несмотря на то, что тот занимал прекрасную позицию. Римские войска превосходили карфагенские своей численностью. Сципион, приковав внимание Гасдрубала нападением с фронта, атаковал его с флангов. Когда Гасдрубал увидел, что его войска дрогнули, он уклонился от боя, собрал все наиболее ценное, взял слонов и начал быстро отступать на север. Сципион не рискнул его преследовать, боясь соединения карфагенских армий.

Поход Гасдрубала в Италию. Битва на Метавре

Гасдрубал форсированным маршем пересек полуостров, по дороге получив подкрепления от своих коллег. Пиренеи он перешел около побережья Бискайского залива, где горные проходы не охранялись римлянами. Начался второй италийский поход карфагенян. Сципиону, таким образом, не удалось решить своей основной задачи: задержать карфагенян в Испании. Над Италией вторично нависла страшная угроза.

В Риме известие о переходе Пиренеев Гасдрубалом было получено осенью 208 г. и вызвало сильнейшую тревогу. Консулами на 207 г. были выбраны испытанные полководцы Клавдий Нерон и Марк Ливий Салинатор. Последний был известен как способный командир еще со времен второй иллирийской войны. Общее количество легионов было доведено до 2,3, из них 15 - только в Италии (7 - в южной и 8 - в северной).

Когда Гасдрубал покидал Испанию, у него было около 20 тыс. человек. Перезимовав в южной Галлии, он ранней весной 207 г. перешел через Альпы, вероятно, в том же месте, что и Ганнибал. Галлы долины По дали ему подкрепления, благодаря которым его армия выросла до 30 тыс. Конечно, это было слишком мало по сравнению с большими силами, собранными римлянами в северной Италии. Но Гасдрубал и не собирался там воевать: его план состоял в том, чтобы прорваться на юг и соединиться с братом.

Ганнибал из своей зимней стоянки в Бруттии весной 207 г. перешел в центральную Апулию, где и стал ждать известий от Гасдрубала. Последний из долины По передвинулся на "Галльское поле", где его сторожили войска консула Марка Ливия. Клавдий Нерон стоял в Апулии против Ганнибала. Гасдрубал послал шестерых гонцов к брату с известием о своем прибытии. Он писал, что предполагает встретиться с ним в Умбрии. Послы Гасдрубала попали в руки римлян, и его письма были доставлены Нерону. Консул принял смелое решение. Ночью в полной тайне он покинул лагерь с отборной частью армии, поручив одному из своих помощников (легатов) оставаться в лагере и сторожить Ганнибала с другой частью войска. Сам же с величайшей быстротой пошел на север и соединился с Ливием. Теперь объединенные римские войска достигли 40 тыс. человек.

Когда Гасдрубал узнал, что против него стоят превосходящие вражеские силы, он попытался уклониться от сражения и прорваться в Умбрию. Но это не удалось: на р. Метавре он был настигнут римлянами и вынужден; был принять бой в неравных условиях. Карфагеняне были разбиты. Когда исход сражения стал ясен Гасдрубалу, он бросился в гущу врагов и погиб смертью героя. Римляне отрезали его голову, и когда Нерон вернулся в свой лагерь в Апулии, он приказал бросить ее на передовые посты карфагенян. Так благородно отплатили римляне Ганнибалу за воинские почести, оказанные им погибшему Марцеллу.

Битва на Метавре фактически решила судьбу италийской кампании, и недаром известие о ней вызвало безумный восторг в Риме. Ганнибал прекрасно понимал, что значит для него гибель Гасдрубала: теперь всякая надежда получить серьезную помощь из Испании была потеряна. Ганнибал отступил в Бруттии где и был зажат в кольце римских легионов, все более и более теряя свободу широкого маневрирования.

Окончание войны в Испании и подготовка к африканскому походу

После ухода Гасдрубала из Испании судьба этого фронта была предрешена, хотя карфагенское правительство послало туда значительные подкрепления. Под г. Илипой на нижнем Бетисе Сципион в 207 г. одержал блестящую победу над соединенными армиями Магона и Гасдрубала, сына Гисгона. Эта битва положила конец карфагенскому владычеству в Испании. Магон с остатками своих войск отступил в Гадес, где держался некоторое время, пока Сципион был занят покорением южной Испании и ликвидацией мятежного движения среди испанских племен и некоторых римских гарнизонов, недовольных задержкой жалованья. Но когда Магону стало ясно, что осада Гадеса неизбежна, он посадил свои войска на суда и попытался с налета захватить Новый Карфаген. Эта попытка разбилась о бдительность римского гарнизона, и Магон вернулся в Гадес. Но город отказался принять его обратно, так как в это время уже шли переговоры о сдаче его римлянам. Тогда Магон переправился на Балеарские острова, а Гадес открыл свои ворота Сципиону.

Таким образом, к осени 206 г. Испания была полностью очищена от карфагенян. Если поражение Гасдрубала при Метавре означало фактический коней войны в Италии, то завоевание Испании римлянами имело такое же значение для войны в целом. Ганнибал лишился своей основной базы, без которой войну вести было нельзя. И хотя еще в течение 4 лет продолжалось его отчаянное сопротивление, но это была уже агония.

Осенью 206 г. Сципион вернулся в Италию и выставил свою кандидатуру в консулы на 205 г. Его единодушное избрание было выражением той народной симпатии к нему, которая еще более выросла после испанской войны (то, что он, в сущности, выпустил Гасдрубала с Пиренейского полуострова, ему легко простили после Метавра). Став консулом, Сципион немедленно выдвинул проект высадиться в Африке, чтобы нанести решающий удар по вражеской столице и тем окончить войну. Этот план многим казался рискованным, принимая во внимание, что Ганнибал все еще находился в Италии. Ужас перед ним был так велик, что в сенате образовалась довольно сильная оппозиция Сципиону во главе с осторожным Фабием Максимом. Однако страстная убежденность молодого консула в правоте своей точки зрения, его вера в свое счастье и горячая симпатия народа победили сопротивление оппозиции: Сципион получил Сицилию в качестве своей провинции с разрешением переправиться в Африку, если он найдет это нужным. Ему дали 2 легиона из числа войск, стоявших в Сицилии, с правом увеличить их набором добровольцев. Города Этрурии и Умбрии собрали средства на постройку 30 судов и экипировку 7 тыс. волонтеров.

В этот момент Магон сделал последнюю отчаянную попытку прийти на помощь брату и вместе с тем удержать римлян от вторжения в Африку. С флотом в 30 судов и десантной армией в 14 тыс. человек он переправился с Балеарских островов на лигурийское побережье Италии. Неожиданным налетом Магон захватил Геную и установил связь с галлами. Хотя карфагенское правительство прислало ему крупные подкрепления, однако он не смог ничего сделать. Галлы на этот раз не оказали карфагенянам никакой поддержки (уроки Метавра были еще слишком свежи в памяти). Ганнибал стоял далеко в Бруттии, а у Магона не было достаточно сил, чтобы вторгнуться в среднюю Италию. Его попытка прорваться из Лигурии кончилась яеудачей, и сам он был тяжело ранен (203 г.).

Сципион в Африке. Битва при Заме

Во всяком случае, новое появление карфагенян в Италии не остановило африканской операции: было ясно, что попытка Магона заранее обречена на неудачу. Весной 204 г. Сципион из Лилибея отплыл в Африку, имея флот из 50 крупных боевых судов и армию в 25 тыс человек. Высадка беспрепятственно произошла около Утики. Римляне расположили свой лагерь в непосредственной близости от города.

Успех войны в Африке во многом зависел от того, какую позицию займут вожди нумидийских племен. Сифакс, царь западных нумидян, старый союзник братьев Сципионов, за эти годы изменил римлянам и стал другом карфагенян. Зато Сципион нашел себе союзника в лице Масиниссы, молодого и талантливого царя восточных нумидян, смертельного врага Сифакса. Правда, в первое время Масинисса мог помочь Сципиону только личным присутствием и маленьким конным отрядом, так как его царство было отнято Сифаксом. Но впоследствии его помощь сыграла решающую роль.

Сифакс и Масинисса являлись соперниками не только в борьбе за власть в Нумидии, но и в любви к красавице Софонисбе, дочери Гасдрубала, сына Гисгона. Гасдрубал, чтобы привлечь Сифакса на карфагенскую сторону, выдал за него Софонисбу, которая раньше была обручена с Масиниссой.

В первое время положение Сципиона в Африке оказалось очень трудным. Он сделал попытку взять Утику, но осаду пришлось снять, так как на помощь городу явились Сифакс и Гасдрубал с крупными силами. Сципион отошел от Утики и построил на зиму укрепленный лагерь на небольшом полуострове невдалеке от города. Лагери карфагенян и нумидян были расположены близко Друг от друга, километрах в 10 от римского. Военные действия приостановились, так как ни та, ни другая сторона не были достаточно сильны, чтобы перейти в наступление.

Тогда с карфагенской стороны было сделано предложение начать мирные переговоры. Посредником выступил Сифакс. Основой для заключения мира он предлагал возвращение к status quo ante bellum. Разумеется, Сципион не мог пойти на эти условия, но притворно выразил согласие. Во время переговоров, которые Сципион нарочно затягивал, он прекрасно ознакомился через своих послов и разведчиков с местоположением и характером вражеских лагерей.

К весне 203 г. у Сципиона все было готово для коварного нападения. Чтобы формально снять с себя обвинение в нарушении перемирия, он послал сказать Сифаксу, что хотя он жаждет мира и готов принять предлагаемые условия, но его военный совет с ними не согласен. В ту же ночь половина римского войска под командой Гая Лелия и Масиниссы напала на лагерь нумидян и подожгла их легкие шалаши, построенные из соломы и тростника. В поднявшейся панике множество народа погибло от огня и было перебито. Сципион с другой половиной войска стоял наготове против карфагенского лагеря и, когда там тоже поднялась суматоха, отдал приказ начать атаку. Карфагеняне поспешно отступили, понеся большие потери.

Этот акт вероломства резко изменил к лучшему положение Сципиона, и он снова мог возобновить осаду Утики. Сифакс и Гасдрубал собрали остатки своей армии и усилили ее большим отрядом наемников - кельтиберов. На так называемых "Больших полях", в нескольких днях пути к юго-западу от Утики, произошло сражение. Карфагеняне и их союзники были разбиты. Гасдрубал отступил в Карфаген, а Сифакс - к себе в Нумидию.

Сципион остался в карфагенской области и занялся подчинением ливийских городов, а Гай Лелий с Масиниссой бросились в погоню за Сифаксом. Нумидийский царь был еще раз разбит и попал в плен, а Масинисса получил свое царство. После всех этих неудач карфагенскому правительству оставалось только просить о мире. Осенью 203 г. было заключено перемирие и начались переговоры. Одновременно карфагенское правительство послало Ганнибалу приказ очистить Италию. С тяжелым чувством великий полководец должен был оставить страну, в которой он воевал 15 лет, не испытав ни одного серьезного поражения! Аналогичное распоряжение получил и Магон, но по дороге в Африку он, вероятно, умер.

Переговоры закончились подписанием предварительного мирного договора. Его основные пункты сводились к тому, что Карфаген, оставаясь независимым государством, терял все свои владения вне Африки, должен был заплатить большую военную контрибуцию и выдать почти все суда. Масинисса признавался независимым царем Нумидии. Текст договора был отвезен карфагенским посольством в Рим, одобрен сенатом и утвержден народным собранием.

Однако прибытие в Африку Ганнибала и войск Магона вновь оживило надежды военной партии. В карфагенском сенате взяли верх сторонники продолжения войны. Перемирие было нарушено нападением карфагенской толпы на римские транспортные суда, везущие продовольствие войскам Сципиона п прибитые бурей к берегу около Тунета. Когда же Сципион отправил в Карфаген по этому поводу послов, им не дали никакого ответа, а при возвращении на них напали карфагенские суда. Таким образом, война возобновилась.

Сципион вторгся в Карфагенскую область, а Ганнибал двинулся ему навстречу из Гадрумета. Обе армии сошлись близ г. Замы, в 5 днях пути к югу от Карфагена. Перед сражением Сцнпион и Ганнибал впервые встретились и сделали попытку еще раз договориться об условиях мира. По-видимому, ни один из них не был вполне уверен в победе. Но переговоры окончились ничем.

У римлян и карфагенян было приблизительно по 40 тыс. человек. Перевес в коннице на этот раз был у Сципиона, так как Масинисса привел с собой 4 тыс. всадников, и 6 тыс пехоты, а Ганнибал смог получить только 2 тыс. нумидийских всадников от одного друга Сифакса. Ядро ганнибаловой пехоты составляли его ветераны, проделавшие с ним весь италийский поход: на них Ганнибал мог всецело положиться. Слабее были наемники из армии Магона; самую же ненадежную часть составляли ливияне и гражданское ополчение Карфагена. Перед своим фронтом Ганнибал поместил 80 слонов. Первую боевую линию образовывали наемники, вторую - ливияне и граждане, а ветераны стояли в резерве. У Сципиона было обычное расположение в 3 линии (гастаты, принципы и триарии), но манипулы
стояли не в шахматном порядке, а в затылок друг другу. Это было сделано для того, чтобы дать проход слонам. Промежутки между передними манипулами были заполнены легко вооруженными. Фланги занимали сильные конные отряды под командой Масиниссы и Лелия.

Началась битва, которая должна была решить исход войны.

"Карфагенянам, - говорит Полибий, - предстояло бороться за свое существование н за господство над Ливией, римлянам - за мировое владычество. Неужели кто-нибудь может остаться безучастным к повести об этом событии? Никогда еще не было столь испытанных в бою воиск, столь счастливых и искусных в военном деле полководцев; никогда еще судьба не сулила борющим-я столь ценных наград. Победителю предстояло получить власть не над Ливией только и Европой, но и над всемь прочими, доселе известными нам странами мира" (XV, 9).

В первые минуты сражения некоторые слоны в карфагенской армии, испуганные звуками труб, бросились на свою конницу. Другие были ранены легко вооруженными, тогда как тяжелая римская пехота не пострадала, пропуская слонов в интервалы между манипулами. Воспользовавшись замешательством врагов, Лелий и Масинисса опрокинули карфагенскую конницу и стали ее преследовать. В это время вступила в бои тяжелая пехота. Карфагенские наемники держались хорошо, но вторая линия дрогнула и не оказала им поддержки, поэтому начали отступать и наемники. Наконец, в дело были введены резервы. Наступил решающий момент боя. Ветераны Ганнибала мужественно отражали страшный натиск трех римских линий, которые наступав теперь одним фронтом. Исход битвы долго оставался неопределенным. Наконец, возвратились из погоии pимская коннииа и ударила в тыл ветеранам. Это решило дело. Карфагенян пало около 10 тыс. и почти столько же попало в плеи. Потери римлян были во много раз меньше. Ганнибалу удалось бежать в Гадрумет с небольшой группой всадников.

Tак кончилась битва при Заме (осень 202 г.) - первая, которую проиграл Ганнибал. Полибий говорит, что "он сделал все так, как только может и обязан делать доблестный вождь, искушенный во многих битвах" (XV, 15). В лице Сципиона Ганнибал встретил достойного соперника, хотя и не равного ему по гениальности. Ганнибал был побежден при Заме главным образом из-за слабости своей конницы.

Окончание войны

О продолжении войны в данный момент нечего было н думать. Ганнибал понимал это лучше, чем кто-нибудь другой. Когда в карфагенском сенате Гисгон завел было речь о неприемлемости римских мирных условий, Ганнибал без церемоний стащил его с ораторской трибуны.

Условия, предъявленные победителем, были, разумеется, более тяжелыми, чем условия первого договора. Карфаген должен был потерять все внеафриканские владения. Он оставался независимым государством, но лишался права вести войну без разрешения римского народа. Масиниссе должны быть возвращены все владения как самого царя, так и его предков "в тех пределах, какие будут им указаны". Карфагеняне обязаны были возместить весь ущерб, причиненный во время нарушения перемирия прошлого года, возвратить всех пленных и перебежчиков, выдать все военные суда, за исключением 10 трехпалубников, равно как и всех слонов. Кроме этого, Карфаген обязывался содержать римские войска в Африке в течение 3 месяцев и выплатить контрибуцию в размере 10 тыс. талантов в течение 50 лет, внося ежегодно по 200 талантов. В .обеспечение договора карфагеняне обязаны были дать 100 заложников по указанию Сципиона.

Условия были очень тяжелы, но они по крайней мере оставляли Карфагену государственную независимость, хотя и ущемляли его суверенитет (запрещение вести войны без разрешения Рима). Вот почему Ганнибал, который уже строил новые планы борьбы, категорически настаивал на принятии этих условий. Мирный договор, утвержденный карфагенским сенатом, был затем ратифицирован в Риме (201 г.). Сципион отпраздновал блестящий триумф и получил почетное прозвание "Африканский".

Итак, Рим вторично победил Карфаген, победил его в основном по той же причине, что и в первый раз: федерация италийских полисов, обладавшая огромными людскими резервами, была сильнее колониального государства. Но во II пунийской войне были некоторые дополнительные условия, которые отсутствовали в первой: Карфаген опирался на Испанию и имел вождя, равного которому не было в Риме. Кроме этого, главный фронт войны находился в Италии, и часть италиков поддержала карфагенян. Однако эти преимущества были парализованы другими моментами. Отдаленность Италии от карфагенских баз создавала растянутые коммуникации и крайне затрудняла доставку подкреплений. Центральная Италия осталась верной Риму и была тем почти неистощимым людским резервуаром, который отсутствовал у Ганнибала. Наконец, римляне, защищая свою родную землю, проявили высокий героизм и огромную выдержку. Армия же Ганнибала состояла главным образом из наемников; это была армия интервентов и, несмотря на все высокие качества ее вождя, была лишена той стойкости, которую дает сознание долга перед родиной.

Исторические последствия II пунийской войны были огромны. Сломив Карфаген, который стал теперь государством второго ранга и который никогда уже не смог оправиться, Рим не только выходил в первый ряд средиземноморских держав, но становился самой сильной из них. Все дальнейшие завоевания Рима были бы невозможны без победы во II пунийской войне.

Не менее значительны были ее результаты для внутренних отношений Италии. Юг страны, служивший ареной военных действий в течение 15 лет, был страшно разорен, что, как увидим ниже, сыграло известную роль в экономическом перевороте II в. Средняя Италия пострадала меньше, но и там колоссальная тяжесть войны не могла не ослабить мелкое крестьянское хозяйство. Политические следствия войны выразились в усилении власти Рима над италийской федерацией. Некоторые полисы за переход на сторону Ганнибала были наказаны лишением автономии и конфискацией земель (Капуя, Тарент). Некоторые племена южной Италии, особенно упорно поддерживавшие карфагенян, например бруттпи, были низведены до положения бесправных подданных. Вместо почетной службы в союзнических войсках они должны были исполнять обязанности прислуги при полководцах и магистратах, отправлявшихся в провинции. Но и, помимо этого, сам факт, что долгая и опасная война велась и была выиграна под руководством Рима, значительно повысил его политический авторитет в Италии. Италийская федерация, прошедшая огненное испытание войны, окрепла, сплотилась вокруг Рима и стала более централизованной.

Особое внимание нужно было обратить на Цизальпинскую Галлию, сыгравшую такую важную роль в походах Ганнибала и Гасдрубала. Бойи и инсубры, как мы знаем, перешли на сторону карфагенян, так что римляне лишились здесь всех своих владений, кроме Плаценции и Кремоны. Новое завоевание Галлии началось, по-видимому, еще до окончания II пунийской войны. Во время второй войны с Филиппом (см. ниже) галлы перешли в наступление, напав в 198 г. на Плаценцию и разрушив ее. Это заставило римлян развернуть в Галлии более энергичные действия. К 196 г. бойи и инсубры были окончательно покорены. Большая часть их была истреблена или изгнана, в их областях возникли римские колонии Бонония, Парма, Мутина и др. Почти одновременно сбойями и инсубрами были покорены лигуры.

Война с Ганнибалом в конечном счете привела к ослаблению римской демократии, усилив нобилитет и его органы - сенат и магистратуры. После того как в первые годы войны демократия потерпела ряд тяжелых поражений (гибель Фламиния, неудачная попытка двойной диктатуры при Фабии Максиме, разгром при Каннах), а военное положение стало чрезвычайно опасным, партийная борьба надолго прекратилась. Это использовал нобилитет для того, чтобы укрепить свои позиции. Война требовала концентрации власти, быстрых решений, опытного руководства. Естественно, что роль громоздкого народного собрания сходит почти на нет, фактически сводясь к утверждению решений, принятых сенатом. Войной руководил сенат посредством высших магистратов cum imperio. Авторитет последних также вырос, что было естественным результатом длительного военного положения. Ежегодная смена магистратур плохо вязалась с военной обстановкой, поэтому мы иногда видим, что одно и то же лицо занимает консульскую должность два года подряд или с коротким перерывом. Так, например, Фабий Максим был консулом в 215, 214 и 209 гг., Клавдий Марцелл - в 215, 214, 210 и 208 гг. Входит в практику продление полномочии команда ющих посредством назначения их проконсулами или пропреторами (Сципионы - в Испании, Марцелл - в Сицтлии). Это дает возможность увеличить количество командующих на разных фронтах. Личная власть высших военных командиров вырастает за счет ослабления принципа коллегиальности. Можно говорить даже о зародышах постоянной военной диктатуры, как она сложилась окончательно в I в. до н. э. Такую диктатуру отчасти напоминает власть Сципиона Африканского, который в течение 10 лет (210 - 201 гг.) фактически был главнокомандующим. С другой стороны, значение магистратов sine imperio (народных трибунов, цензоров) в течение войны сильно упало.

Необходимо также отметить значение войны для развития военного дела в Риме. Сципион в Испании ввел в своих войсках испанский меч, хорошо закаленный и пригодный одновременно и для рубки, и для колки. Из Испании этот меч перешел на вооружение всей римской армии. За время войны значительно усовершенствовалась римская тактика, причем многое здесь было заимствовано у Ганнибала: фланговые охваты, действия крупными конными массами. Выросло высшее полководческое искусство: уменье руководить крупными войсковыми соединениями, координировать операции на различных фронтах; улучшилось интендантское дело.

II пунийская война стала, таким образом, прекрасной боевой школой для Рима. Он вышел из нее первоклассной военной державой, равной которой уже не было в районе Средиземного моря.


С. И. Ковалев, "История Рима"
 Copyright RIN 2003 -
  Обратная связь